Отзеркаливание (или присоединение) – основа основ эриксоновского гипноза. Присмотритесь к людям, которые нашли общий язык: их позы и жесты одинаковы; они непроизвольно копируют друг друга.

Что мешает подойти к этому с другой стороны? Начните копировать поведение собеседника – и вы легко найдете с ним общий язык.

Копировать можно позу, жесты, движения корпусом и головой, направление взгляда. Можно копировать дыхание (путем прямого присоединения – дышать так же, как дышит партнер – либо ориентируясь на темп речи партнера).

Подробные техники присоединения описаны в книге С. А. Горина «НЛП: Техники россыпью», поэтому мы не станем особо задерживаться на этом. А вот пример, наверное, будет полезен.
* * *

Хорошее присоединение, «отзеркаливание» всегда полезно. Но иногда особенно. Помню, был забавный случай. В городе окончился семинар по эриксоновскому гипнозу.

После таких семинаров обычно всегда чувствуется воодушевление, почти эйфория. Было лето, и потому, начав отмечать окончание семинара в помещении, молодые участники (возраста от 25 до 40 лет) затем переместились на улицу, в сквер, где и гуляли почти до утра. Захватили с собою сухое вино, две гитары, и «оттягивались на всю катушку». Благо, до жилых домов далеко, никому не мешали.

И вот, когда веселье было в полном разгаре, на нас набрела другая группа. У нас человек двадцать, и у них человек пятнадцать. Обе группы разнополые, но в обеих достаточно здоровых парней. Начнись драка – испортили бы друг другу хороший вечер.

Понятно, что присутствие посторонних нам было совершенно ни к чему. Особой агрессивности «пришельцы» не проявляли, но все равно делать им рядом с нами было явно нечего. Учитывая наше сухое и их водку, которую они тянули «из горла», произойти могло всякое. Им намекнули раз, другой, однако они не реагировали. Драка могла вспыхнуть в любой момент.

Помня, что лучшая драка – это та, которая не состоялась, я решил сделать следующее. Вычислив парня, который, скорее всего, был лидером «пришельцев», я вежливо предложил ему «отойти на минутку». Как оказалось, я не ошибся. Полностью отзеркаливая его поведение, и точно попадая в ритм его дыхания (а сразу после таких семинаров это всегда хорошо удается) я, показав глазами на одного активного парня в моей группе, произнес: «Он очень крутой» (со смысловым ударением на «очень» и «крутой»). Действительно, внешне за «крутого» он мог сойти: атлетическая фигура хорошо просматривалась под летней рубашкой; спортивная прическа; ну, и главное, конечно, резкие, уверенные манеры.

Видимо то, что я произнес, вполне соответствовало представлениям моего собеседника о «крутизне». А главное, мои слова он воспринял, как свои собственные: ведь во мне он видел свое отражение, а мой голос, полностью совпавший с его дыханием, воспринимал, как свой. Все, что он видел и слышал, он воспринимал, как результат собственных размышлений.

Долее последовали извинения и заверения в полном понимании ситуации. Через пять минут, наизвинявшись вдоволь, «пришельцы» ушли и больше нас не беспокоили.

Между прочим, вся особая «крутизна» нашего атлета заключается в том, что он – высококвалифицированный врач-хирург.

Чтобы продолжить наш разговор, теперь нужно, видимо, рассказать еще об одном важном для наведения порчи моменте: о ненормативной лексике. Мы помним, что наш читатель – человек настолько культурный, чтобы легко сделать различие между похабщиной и научным исследованием.

Если перевести это слово дословно – «смысл звука». Как появилось это понятие, и что оно означает?

В 1952 году американский психолог Ч. Осгуд, анализируя публичные выступления политиков, заметил: из двух примерно одинаковых кандидатов (и их столь же идентичных программ) выигрывает тот, кто использует более благозвучную мелодику речи. В условиях митинга, когда восприятие ориентировано на общее впечатление от выступления, этот фактор оказался одним из решающих.

Осгуд разработал способ управления «музыкой слов», назвав его методом «семантических дифференциалов», показывая испытуемым таблички с написанными бессмысленными созвучиями и слогами, ученый попросил оценить ощущения, вызываемые тем или иным звуком: сильный он или слабый, светлый или темный, большой, маленький и т. д.

В итоге сформировались 24 шкалы. Был создан словарь, каждому созвучию соответствовал цифровой код – положение слога по этим шкалам. Как отдельный слог, так и весь текст в целом оцениваются по балльной системе. Немаловажно и взаимное расположение слогов. Замена одного лишь слова может существенно изменить воздействие всего текста.

К условиям русского языка метод был адаптирован в СССР еще в начале 70-х годов. Исследования шли в различных академических институтах и лабораториях более 15 лет, и они не закончены до сего дня. Открытая пресса сделала известными имена таких исследователей в этой области, как А. Журавлев, И. Черепанова, В. Шалак, некоторые другие.

Для оценки воздействия текста разработаны и широко распространяются сегодня, по крайней мере, две компьютерные программы: «Диатон\Диаскан» (И. Черепанова) и «ВААЛ» (В. Шалак с соавт.).

Количество биполярных шкал почти удвоилось. Звуки и тексты оцениваются по следующим параметрам (их список здесь весьма неполон): «прекрасный», «светлый», «нежный», «радостный», «возвышенный», «бодрый», «яркий», «сильный», «стремительный», «медлительный», «тихий», «суровый», «минорный», «устрашающий», «зловещий», «тоскливый», «угрюмый», и т. д.

Кроме того, программы «Диатон» и «ВААЛ» оценивают наличие внушений в речи, ее гипнотический потенциал (суггестивность). В экспертном заключении вы можете прочитать: «Речь суггестивно нейтральная», «Ориентация на мягкое кодирование» или: «Ориентация на жесткое кодирование». Последнее заключение означает, что в анализируемом фрагменте содержится внушение, которое по эффективности воздействия будет не слабее, нежели воздействие реального гипнотизера.

Были открыты статистически достоверные зависимости между характерологическими чертами автора, определенным набором слов из его сочинения, и особенностями людей, которым оно понравилось.

По тексту стало возможным охарактеризовать личность написавшего текст в основных психологических шкалах: демонстративность, возбудимость, депрессивность, паранойяльность, гипертимность и т. д. В дополнение к этому, в программе «ВААЛ» реализована оценка с позиций нейролингвистического программирования: подсчитываются набранные текстом баллы по разным каналам восприятия – зрительному, слуховому, чувственному, рациональному.

Приведем пример, взятый нами из статьи в газете «Московский Комсомолец». Он сразу позволяет понять, что такое «смысл звука».

Задача такая: предлагают вам на выбор в службе знакомств двоих, и фамилии ваших потенциальных избранниц (или избранников) – Перекусих и Снежко. Кого вы предпочтете? Это легко предсказать: Перекусих отдыхает.

Еще один пример, почти школьный. Вам стали известны названия двух несуществующих, сказочных животных: Липеля и Жирфаща. Угадайте, какое из животных – доброе, а какое – злое. Вы и сейчас легко справились, не так ли?

Теперь вы знаете, что это такое – воздействие фоносемантики.

Если вы хотите обратить внимание человека на какую-то тему вашего разговора, назовите человека по имени. Лучше перед или сразу после своего предложения, которое должно направить его к нужному выбору.

Почему это работает, спросите вы? Дейл Карнеги, говорил, что «свое имя – это один из самых сладких звуков на земле для любого человека». Интересно то, что влияние(внушение) все равно сказывается, даже если человек понимает, что вы сказали это не просто так. Любой человек всегда реагирует на свое имя словно его окликнули или позвали. Поэтому упоминание имени оппонента заставляет невольно прислушаться к тому, что вы предлагаете или говорите. Это то, что придает вашим словам дополнительный вес.

Раздел: психология общения

Мы уже обсуждали в статье о том как правильно говорить, чтобы тебя лучше поняли. Теперь мы снова затронем эту тему и обсудим частицу «НЕ».

Просьбы, построенные с использованием частицы «не» обычно выполняются с точностью «до наоборот», особенно детьми. Пример истории, которая хорошо это иллюстрирует:

По зеленой травке на берегу реки гуляет молодой папа с 2х летней дочкой. Девочку зовут Маша, и ей, наверное, нравиться загребать землю носками сандаликов, судя по тому как они были сточены. Отец поминутно одергивал ее: «Маша не загребай носками». Маша тут же продолжает свое. «Маша, %$*&^()0% !!!!!». Я встречал раньше этого человека, и он меня тоже знал. Мы разговорились. Я сказал ему, что детей по-матушке ругать — плохо, а частица «не» для ребенка может быть вообще пустым звуком, а если переформулировать его просьбу как «Маша иди хорошо», то такая просьба будет гораздо понятнее и проще для выполнения. И действительно Маша, которая гуляла рядом и снова загребала носками, сразу поняла что от нее хотят и пошла совершенно нормальным шагом. Когда мы попрощались, и парочка стала удаляться, девочка снова стала скрести носками землю. Тогда отец повторил магическую фразу и она моментально вызвала нужный эффект. Отец пожал плечами и они удалились.


( Читать дальше )

Существует огромное множество формулировок, которые вы каждый день произносите, и мы их чуть-чуть изменим.

Например:

Неправильно: Я не знаю, во сколько закончу работу
Правильно: Я позвоню тебе за полчаса перед тем, как закончу работу

Не правильно: Может быть, сегодня я успею купить тебе новый диск
Правильно: Вечером я постараюсь купить тебе новый диск (и в тоже время, — лучше делайте, чем старайтесь!)

Не правильно: Мы пойдем сегодня в кино, если мне дадут зарплату
Правильно: Ближе к вечеру я буду знать, будет ли возможность пойти в кино

Не правильно: Наверное, у нас получится встретиться в субботу
Правильно: Я хочу тебя видеть в субботу

Раздел: психология общения

Профилактическую амортизацию можно использовать в производственных и семейных отношениях в тех случаях, когда конфликт идет по одному и тому же стереотипу, когда угрозы и упреки приобретают одну и ту же форму и поведение партнера заранее известно.
Карнеги в таких случаях предлагает: «Скажите о себе все то, что собирался сказать ваш обвинитель, и вы лишите ветра его паруса». Или, как гласит пословица: «Повинную голову меч не сечет».
Амортизация — это согласие со всеми утверждениями противника.
Не жди, когда тебя начнут критиковать, критикуй себя сам.

ps: Взято из книги Литвака и доработано под СловоНиндзя.

Раздел: психология общения

Часто на трибунах, ораторы пытаются унизить и как-то обидеть своего оппонента по дебатам. Допустим во время выборной компании, каждый из кандидатов пытается как-то унизить или сказать, что его соперник плохой политик.

Но не надо ругать своего конкурента. Потому что ругая его, вы выставляете себя в плохом свете.

Скажите в положительном ключе про своего конкурента:
«Если вы проголосуете за Н., то не прогадаете. Он смог добиться для себя пятикомнатной квартиры. Став депутатом и получив власть, он то же сделает и для вас».

Себя ругайте за достоинства. «Я наметил десять пунктов деятельности, но в двух случаях мне, к сожалению, не удалось довести дело до логического конца».

Это пример не только для политиков или ораторов, это пример для тех, кто часто в жизни общается и заключает сделки. Не унижайте своего конкурента, скажите, что он хороший, и в тоже время покажите свои достоинства!

Так же знакомьтесь с тем как правильно хвалить и как работать с отрицаниями.

Удачи:)

Раздел: психология общения